Обратный звонок

Ответственность судебного эксперта

Правовой основой судебно-экспертной деятельности в гражданском, административном, арбитражном и уголовном судопроизводстве, на территории Российской Федерации, являются: 

  • Конституция Российской Федерации, 
  • Федеральный закон от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ"О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации,
  • Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, 
  • Арбитражный процессуальный кодекс 
  • Российской Федерации,
  • Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, 
  • Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, 
  • Таможенный кодекс Российской Федерации, 
  • Налоговый кодекс Российской Федерации, • законодательство Российской Федерации о здравоохранении, 
  • другие федеральные законы, а также нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, регулирующие организацию и производство судебной экспертизы.

Процессуальная ответственность, налагаемая на действия (бездействия) судебного эксперта, основывается на его правах и обязанностях, регламентированных в ст.17, ст. 18 и ст. 41 в ФЗ от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». При внимательном прочтении данного закона становится ясно, что практически все основные вопросы, регламентирующие экспертную деятельность, урегулированы так, 
  • задачи и принципы государственной судебно-экспертной деятельности и негосударственной судебно-экспертной деятельности одни и те же;
  • нормы соблюдения прав и свобод человека и гражданина, а также прав юридического лица, при осуществлении и государственной и негосударственной судебно-экспертной деятельности единые;
  • принцип независимости и для государственного и для негосударственного эксперта единый;
  • положения об объективности, всесторонности и полноте исследований также единые;
  • права и обязанности государственного и негосударственного эксперта одинаковые;
  • правила отвода эксперта единые, независимо от того, государственный ли это эксперт или негосударственный;
  • экспертное заключение и государственного и негосударственного эксперта должно отвечать единым критериям;
  • правила присутствия участников процесса при производстве судебной экспертизы и в государственном судебно-экспертном учреждении и в негосударственном судебно-экспертном учреждении тоже едины.
Таким образом, видно, что основные вопросы негосударственной судебно-экспертной деятельности законодательно урегулированы и урегулированы они теми же правовыми нормами, что и государственная судебно-экспертная деятельность (Ст. 41 № 73-ФЗ от 31.05.2001). «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Рассмотрим далее федеральное законодательство в этой части. Для процессуальных целей, законодателем в качестве эксперта определяется лицо, обладающее специальными знаниями, в области проводимого исследования, и назначенное судом для дачи итогового заключения. Таким образом, процессуальным законодательством так же не установлено каких-либо преимуществ для экспертов в зависимости от их принадлежности к негосударственным или государственным организациям. Об ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается также вне зависимости от того является он государственным или негосударственным. Все приведенные выше положения подтверждают минимизацию законодательно закрепленных различий в правовом статусе государственного и негосударственного эксперта.

До настоящего времени для негосударственных экспертов остаётся нерегламентированным в Федеральном законе от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», вопрос профессиональных и квалификационных требований, предъявляемых к эксперту (ст.13 ФЗ-№73 от 31.05.2001г.). Согласно соответствующих процессуальных норм каждая из сторон, а также все лица, участвующие в деле, в той или иной форме, вправе представлять суду свои соображения по вопросам, относящимся к назначению экспертизы, в том числе и по вопросу выбора эксперта (экспертного учреждения), которому судом будет поручено ее производство. Иными словами, вопросы квалификации эксперта, привлекаемого судом к даче заключения, подлежат обсуждению сторонами по делу и лицами, участвующими в рассмотрении дела.

Так, в Арбитражно-процессуальном кодексе РФ такие положения закреплены в статье 82. Одновременно, в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2006 г. №66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» указано, что: «…в случае проведения экспертизы в негосударственной экспертной организации судом выясняются сведения об образовании эксперта, специальности, стаже работы и занимаемой должности…», т.е. сведения, касающиеся профессиональных и квалификационных требований, предъявляемых к эксперту. 

В гражданско-процессуальном законодательстве этому вопросу уделено внимание в Обзоре судебной практики по применению законодательства, регулирующего назначение и проведение экспертизы по гражданским делам, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 14.12.2011г., в котором указано, что: «…Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам. Лица, участвующие в деле, вправе предложить конкретные кандидатуры специалистов или экспертные учреждения, а также заявить отвод эксперту (ч ч. 1, 2 ст. 79 ГПК РФ). В практике имелись случаи заявления отвода конкретному эксперту. Суды удовлетворяли ходатайства об отводе эксперта в случаях, если:

  • компетентность предложенного одной из сторон эксперта не была подтверждена;
  • до обращения истца в суд эксперт уже высказывал мнение по тому же объекту исследования...». 
Вопросы определения профессиональных и квалификационных требований, предъявляемых к эксперту, в рамках уголовно-процессуального законодательства, детально регламентированы постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 года «О судебной экспертизе по уголовным делам». Особое внимание в данном постановлении обращено на то, что вопросы, поставленные перед экспертом, и заключение по ним не могут выходить за пределы его специальных знаний. Постановка перед экспертом правовых вопросов, связанных с оценкой какого-либо деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда (например, кто явился виновником ДТП), как не входящих в его компетенцию, не допускается. (ст.4 Постановления).

Таким образом, приходим к выводу, что на данный момент в Российской Федерации законодательно закреплены основные положения организации производства судебных экспертиз, как государственными, так и негосударственными судебными экспертами. Вопросы же профессиональных и квалификационных требований, предъявляемых к негосударственным экспертам, законодателем отданы на разрешение лицами (органами), назначающими судебную экспертизу при одновременной возможности их обсуждения с заинтересованными лицами. 

Вопросам ответственности судебных экспертов за неправомерные действия в своей профессиональной деятельности посвящены работы Российских учёных : Т.В. Аверьяновой, Р.С. Белкина, А.М. Зинина, Н. П. Майлис, Ю.К. Орлова, А.Я. Палиашвили, А.И. Петрухиной, И.Л. Петрухина, Е.Р. Россинской, С.Г. Чаадаева и других. Основным элементом юридической ответственности как государственного, так и не государственного судебного эксперта, выступает фактор оценки экспертных решений и действий в процессе экспертного исследования, на стадии оценки конечных результатов и формирования экспертного вывода, т.к. заключение эксперта, во многом, определяет дальнейший ход самого судебного производства. Эксперт несет юридическую (уголовную, дисциплинарную) и морально-этическую ответственность за качество своей работы перед лицом, назначившим судебную экспертизу, судом, потерпевшим, подозреваемым (обвиняемым), руководителем судебно-экспертного учреждения. 

Уголовная ответственность для эксперта наступает при умышленных действиях во вред установлению истины по уголовному делу; дисциплинарная – при нарушении профессиональных обязанностей, не дающих оснований для уголовной ответственности; моральная ответственность наступает – за несоблюдение этических норм профессиональной деятельности судебного эксперта. Морально-этическая ответственность судебного эксперта – это форма внешнего выражения совести судебного эксперта, которая включает в себя анализ его собственного поведения (поступков, отношений и т.д.) и соотнесение его с этически возможным деянием. В зависимости от конкретных обстоятельств дела, эксперт может быть привлечен к уголовной либо административной ответственности, а также дисциплинарной ответственности в случае его работы по трудовому договору. 

Административная ответственность специальных составов КоАП РФ не содержит, вероятность привлечения к ответственности эксперта по статьям главы 9 КоАП незначительна. Пункт 7 ст. 49.1 ГК РФ предусматривает аннулирование квалификационного аттестата, что можно трактовать как меру административной ответственности. Даже если эксперт не будет лишен квалификационного аттестата, он не сможет продолжать свою деятельность в качестве эксперта. Дисциплинарная ответственность возлагается на эксперта в порядке, предусмотренном ст. 192 ТК РФ. Увольнение «рядового» эксперта представляется корректным в виде прекращения трудового договора в связи с дисквалификацией (аннулирование квалификационного аттестата), исключающее исполнение конкретным работником его обязанностей по трудовому договору. 

Уголовная ответственность
В случае значительных нарушений профессионального долга может последовать наказание эксперта не только в виде моральных, но и виде правовых санкций. В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством судебный эксперт обязан соблюдать законодательство и другие нормативные акты в области судебно-экспертной деятельности. Так, ч. 5, 6 ст. 57 УПК РФ регламентировано, что судебный эксперт несет уголовную ответственность за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ) и за разглашение, ставших известными данных предварительного расследования (ст. 310 УК РФ). Эксперт предупреждается об уголовной ответственности по указанным статьям УК РФ каждый раз при поручении ему производства экспертизы. Действующее законодательство не предусматривает уголовной ответственности за ошибочное заключение эксперта. Однако в ведомственных нормативных актах предусмотрена система мер, имеющая целью не допустить направление заключений с ошибочными выводами лицу или органу, назначившему экспертизу. Заведомо ложное заключение эксперта с уголовно- правовой точки зрения является преступлением против правосудия, с уголовно-процессуальной – вновь открывшимися обстоятельствами (п. 1 ч. 3 ст. 413 УПК РФ). Исследования показывают, что заключение судебного эксперта является ложным, если в нем подменены объекты экспертного исследования, подверглось изменению идентификационное поле исследуемого объекта, неправильно изложены фактические данные (искажены, вымышлены, либо утаены признаки объекта исследования) или имеет место их прямое отрицание, либо они заведомо неверно оценены экспертом (например, использованы ненадлежащие методики исследования), либо он сделал заведомо неверные выводы. Таким образом, подтасовка экспертного исследования достигается с помощью таких приемов, как:
  • умолчание, сокрытие, исключение из экспертного исследования отдельных признаков, фактов, реально установленных в ходе исследования;
  • дополнение описания вымышленными деталями или элементами, при помощи которых исследованию придается нужный характер;
  • перестановка и смещение в описании отдельных признаков;
  • замена отдельных признаков объекта иными, вымышленными. 
Способами сокрытия факта ложности заключения эксперта являются:
  • применение методов исследования, которые уничтожат существенные признаки, в результате чего повторное исследование не даст никаких результатов;
  • уклонение от дачи вывода в категорической форме, формулирование данного заключения в вероятной форме или в режиме «не представляется возможным» (НПВ). 
Определение заключения эксперта, как «Ложное» возможно лишь самим органом, которому предоставлено уголовно-процессуальным законодательством право назначать экспертизу в целях установления истины по делу. Преступление считается окончательно сформировавшимся в момент дачи (подписания) ложного заключения в письменном (или устном) виде, вне зависимости от того, согласились ли органы предварительного расследования или суд с выводами экспертизы и привело ли это заведомо ложное заключение к осуждению или оправданию лица, привлеченного к уголовной ответственности.

Общественную опасность ложного заключения эксперта можно объяснить тем, что положенные в обвинительное заключение ложные выводы эксперта повлекут привлечение к уголовной ответственности невиновного или же, наоборот, освободят виновного. При расследовании данной ситуации имеется сложность в доказывании факта непосредственно «заведомой ложности». Данный признак является главным в рассматриваемом составе преступления. Его отсутствие (или недоказанность) не влечет за собой уголовной ответственности. Правильным и обоснованным представляется мнение о том, что судебный эксперт может привлекается к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, независимо от того, наступил ли при этом или не наступил какой-либо результат, принял ли суд данное заключение, как полноценный источник доказательств или не принял. Уголовно-правовая оценка подобных случаев – задача невероятно сложная в связи с отсутствием четких критериев для разграничения преступных и непреступных (неправильных) экспертных действий. Поэтому возникает необходимость определить и сформулировать основания уголовной ответственности за ненадлежащее исполнение своих обязанностей судебным экспертом. По нашему мнению, уголовная ответственность должна наступать при наличии следующих условий:
  1. Действия судебного эксперта были объективно неправильными, находящимися в противоречии с общепризнанными методиками. 
  2. Судебный эксперт в силу своей компетенции должен был осознавать неправильность своих действий. 
Важным принципом уголовного права является установление уголовной ответственности только при наличии вины. Об умышленной форме вины в данных составах говорит и такой признак, как совершение преступления только в связи с занимаемым служебным положением. Лицо, превышая властные полномочия, использует для этого занимаемую должность, только благодаря которой оно и может совершить данное преступление. Судебный эксперт является должностным лицом независимо от места работы, соответственно, заведомо ложное экспертное заключение может быть дано только с прямым умыслом. Следует согласиться с мнением А.А. Пионтковского, что «все преступления, в состав которых введен элемент сознательности преступных действий (“заведомо для совершившего”), исключают возможность их неосторожного совершения».

Обратная связь